Дзержинские Ведомости
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ
ГОРОДСКАЯ ГАЗЕТА
Небольшая Облачность
Вторник
Небольшая Облачность
Переменная облачность. Понижение 8C.
возможен дождь
Завтра
возможен дождь
Проливные дожди. Повышение 11C. Ветер СЗ от 15 до 25 км/ч. Вероятность дождя 60%.
Пасмурно
Четверг
Пасмурно
Облачно. Повышение 11C. Ветер СЗ от 15 до 30 км/ч.
Небольшая Облачность
Пятница
Небольшая Облачность
Переменная облачность. Повышение 16C. Ветер Ю от 10 до 15 км/ч.
Небольшая Облачность
Суббота
Небольшая Облачность
Переменная облачность. Повышение 12C. Ветер СЗ от 10 до 15 км/ч.
возможен дождь
Воскресенье
возможен дождь
Проливные дожди. Повышение 10C. Ветер С от 10 до 15 км/ч. Вероятность дождя 60%.

Александр Алексеев: «Хочу, чтобы город вернул былую славу!»

  26.03.2010  |    Персона

Александр Васильевич Алексеев — почетный гражданин города, лауреат премии Совета Министров СССР, обладатель трех орденов Трудового Красного Знамени, ордена «Знак Почета» и серебряной медали ВДНХ. Пятнадцать лет, с 1971 по 1986 годы, Александр Алексеев был первым секретарем Дзержинского горкома КПСС — фактическим руководителем города. Именно в этот период под руководством Алексеева сформировался облик современного Дзержинска. Именно этот человек в преддверии дня рождения города стал героем нашей постоянной рубрики «Персона».
— Александр Васильевич, как складывалась Ваша карьера после того, как вы покинули пост первого секретаря горкома партии?
— Я перешел на работу в Горький.

— Это было ваше собственное желание?

— В годы перестройки был взят курс на омоложение руководящих кадров в партийных органах. А мне ведь в 1986 году было уже 56 лет. Я пятнадцать лет, а если приплюсовать годы работы на должности второго секретаря горкома партии, то получится все семнадцать лет стоял во главе городской власти. В общем, новый генсек Горбачев дал старт кадровой ротации. В 1986 году у меня состоялся разговор на эту тему с первым секретарем обкома партии Юрием Николаевичем Христорадновым, и я перешел на работу в Горький.

— Вы так тяжело об этом говорите, что у меня сложилось впечатление, что Вы хотели еще поработать для Дзержинска?

- Честно сказать, в то время я не думал о том, что придется поменять работу. В феврале 1986 года прошла областная отчетно-выборная конференция, на которой меня вновь избрали первым секретарем Дзержинского горкома партии на очередной пятилетний срок. Кроме этого все пятнадцать лет руководства городом я состоял в бюро обкома партии — высшего руководящего и направляющего органа власти региона. Я также был делегатом трех съездов КПСС — XXIV, XXV и XXVI. А вот принять участие в работе XXVII «горбачевско-ельцинского съезда» в связи с ротацией кадров так и не удалось.

- А в Горьком где Вам пришлось работать?

- Меня рекомендовали первым заместителем председателя областного комитета народного контроля. Эта структура осуществляла контроль всех учреждений, организаций и предприятий региона. Естественно, это не касалось партийной организации. В КПСС был свой орган внутрипартийного контроля. Я проработал там четыре года, вплоть до 1990 года, когда первый президент современной России Ельцин решил упразднить эту структуру. Мне уже тогда было за шестьдесят.

- Но силы-то еще были?

- Были. Поэтому я принял предложение председателя облисполкома Александра Александровича Соколова возглавить управление делами вновь создаваемого ведомства в структуре исполнительной власти — комитета по управлению госимуществом. Мне пришлось налаживать жизнь этой организации. На первых порах мы ютились в областном управлении ЖКХ, затем нам отвели четвертый этаж в здании бывшего обкома партии. Затем по мере становления нам отвели все пять этажей бывшего обкома комсомола. Я четыре года проработал на этой должности, вплоть до 1995 года, когда у меня случился инфаркт. На этом свой трудовой путь пришлось закончить.
- И перебраться из Нижнего в Дзержинск?

- Я, собственно говоря, никуда и не переезжал из Дзержинска. Когда я был первым секретарем горкома, мы жили вместе с детьми в одной квартире. Первый секретарь обкома меня неоднократно убеждал, что руководитель города не должен жить в таких условиях. Но я отказывался от отдельной жилплощади. Когда я перешел на работу в Горький, мне выделили жилье в областном центре, но горьковской квартирой я почти не пользовался, разве что оставался там, когда проводились вечерние мероприятия или приходилось работать в выходные дни. А все остальные дни на работу в Горький я ездил из Дзержинска. Как большому руководителю, мне полагался служебный автомобиль, на котором поначалу я добирался от дома до работы и обратно. Но вскоре я освободил водителя от необходимости постоянно мотаться в Дзержинск. Все-таки неудобно, контролировал хозяйственные организации на предмет всевозможных нарушений, а сам разъезжаю на автомобиле на работу и с работы из другого города. Поэтому до Горького добирался на электричке, а водитель меня встречал на Московском вокзале.

- Александр Васильевич, а как Вы пережили развал Союза? Крушение КПСС стало для вас большим ударом?

- Что тут говорить, конечно, события начала девяностых стали для меня определенным ударом. Много лет уклад нашей жизни формировался с учетом роли партии как руководящей и направляющей. Наше поведение, наше сознание и наш жизненный уклад формировались на основе того, что нам рекомендовала, пропагандировала, требовала от нас партия. А когда все это в одночасье рухнуло, можно сказать, что и наша жизнь как бы остановилась.

- Александр Васильевич, в начале нового тысячелетия Вам присвоили звание «Почетный гражданин города Дзержинска». Что сегодня для Вас значит эта награда?

- Это позволяет мне полагать, что все то, что я сделал для города, не прошло бесследно. Ведь не секрет, что семидесятые-восьмидесятые годы прошлого столетия — период наиболее бурного развития Дзержинска. Одного жилья было в тот период построено больше, чем за предыдущие годы. С размахом шли стройки социальных и промышленных объектов. В социалистических союзных соревнованиях за лучшие социально-экономические показатели Дзержинск практически ежегодно выходил победителем. В республиканских соревнованиях по благоустройству наш город также часто был в победителях. Мы часто принимали у себя членов Центрального комитета партии, правительства, иностранные делегации. Было правилом, если различные гости приезжали в Горьковскую область, то им обязательно устраивали поездку в Дзержинск. В общем, наш город был как бы образцом того, как должен развиваться молодой социалистический город.

- А вам, наверное, было не совсем комфортно, когда руководство Вас постоянно ставило в пример главам городов и районов Горьковской области?

- Да, вы знаете, Христораднов нас постоянно сталкивал лбами с Горьковским горкомом партии, мол, поезжайте в Дзержинск, посмотрите, как нужно организовывать строительные процессы. Почему он так поступал? Судите сами. Горький в тот период был городом с полуторамиллионным населением, а жилья ежегодно там вводили порядка шестисот тысяч квадратных метров. В Дзержинске на то время проживало триста тысяч населения, то есть получается один к пяти, а жилья мы вводили порядка двухсот тысяч квадратных метров в год, то есть уже получалось один к трем. Считалось, что и продовольственное снабжение в период карточек на продукты питания в Дзержинске было несколько лучше, чем в областном центре. Горьковчане, особенно автозаводцы, которые ближе к нам, часто ездили в город химиков за некоторыми продуктами.

- В общем, в период застоя никаким застоем в Дзержинске и не пахло.

- Застой шел, видимо, в некоторых эшелонах власти, в некоторых отраслях народного хозяйства, и в первую очередь в сельскохозяйственных. Поэтому появились сложности в обеспечении продуктами питания, промышленными товарами. Очевидно, что Политбюро Центрального комитета партии нуждалось в обновлении, в свежих идеях, в новых и сильных людях, способных провести экономические реформы в масштабах государства.

На нашем уровне мы не настолько были подвержены в своей работе идеологии. Мы со вторым секретарем больше занимались решением экономических вопросов.

- Жалко, что сейчас таких возможностей, административных и финансовых, у нынешних руководителей города нет…

- Да, конечно, время сейчас другое, подходы к решению вопросов иные, возможности, в конце концов, не т. е. Но это не значит, что нам все легко давалось. Денег местным органам власти выделялось очень мало. Но тем не менее стройки велись, благоустройством занимались. За счет чего? За счет заводов. Мы вплотную контактировали с директорами предприятий, во-первых, и с министрами и главками, которые курировали машиностроение, химическую и другие отрасли — во-вторых. Такие контакты, обоюдное стремление друг к другу помогали развивать город. И нередко было так, что средства нашему городу на строительство какого-либо объекта не выделены, а мы все равно добивались положительного решения своих вопросов. Вот, например, драматический театр был построен без выделения больших денег.

- Это как?

- А с помощью заводов. Собрали директоров, все толком объяснили, убедили их в необходимости того, чтобы в городе был новый драматический театр, и началось строительство этого объекта. Завод Свердлова, например, отвечал за наружные работы, «Корунд» за внутреннюю отделку, сцену закрепили за «Химмашем»… И дело шло. Не быстро, но двигалось!

- А такое строительство не шло вразрез с законами?

- Признаюсь, нередко стройки шли и с отклонением от установленных нормативов. Скажем, здание Дома книги мы построили подобным образом. Съездили в главк. Уговорили столичных товарищей, чтобы они заложили финансирование одной из организаций химического профиля на строительство учебного корпуса. Подобным образом в городе построили и ряд других объектов.

- Но Вы же находили варианты, как это аргументировать? В конце концов вы не дачу для себя трехэтажную в Желнино построили!

- Нам помогали разрешить подобные вопросы или сами министры или иногда завотделом строительства ЦК КПСС Иван Николаевич Дмитриев. Он вырос в Дзержинске, работал управляющим четвертым строительным трестом, откуда его затем забрали в обком, а из обкома в ЦК. В общем, выходы из этих ситуаций находились. Много еще чего полезного за счет всевозможных нестандартных подходов нам удалось сделать для родного города. Так, в семидесятые годы мы полностью завершили снос всех барачных строений в промзонах города. Опять-таки за счет чего мы этого добились? Ведь чтобы расселить бараки, нужно было построить новое современное жилье. Мы ввели так называемый термин «санитарно-защитная зона», которая предполагала, что в радиусе одного километра от промышленного предприятия не должно находиться ни одного жилого дома, ни одной школы, детского сада или больницы. И заводы стали выделять средства на расселение барачных поселков. При этом хочу сказать, что директорам заводов мы не ультиматумы ставили, а подходы находили.

- Александр Васильевич, но признайте, что у сегодняшнего мэра нет таких рычагов воздействия на руководителей промышленных предприятий, которые были у Вас в первую очередь по партийной линии.

- Сила партийной дисциплины, конечно, имела огромное воздействие. Я мог вызвать в свой кабинет любого руководителя предприятия и просто поговорить с ним. Более серьезные вопросы мы выносили на обсуждение на бюро горкома. И если все приходили к единогласному решению, то попробуй затем кто-нибудь его не выполнить! Однако наряду с чисто административным воздействием мы старались более гибко взаимодействовать с руководителями предприятий. У нас же какие корифеи среди директоров были — Сухаренко, Седов, Петрищев, Коломазов, Савельев, Жидков и другие. Это директора-«тузы». Вот, например, Сухаренко был мужик крутой, его наскоком не всегда возьмешь. Он был дважды Герой Социалистического Труда. Бывало, пригласишь его перед совещанием, поговоришь с ним по душам, вот, мол, Михаил Федорович, такая вот ситуация сложная, без вас мы никак не справимся. И когда Михаил Федорович соглашался содействовать, то можно было рассчитывать и на поддержку всего остального директорского корпуса. В общем, ни о каком застое в городе тогда и речи не было. Какой застой, если мы до 220 тысяч квадратных метров жилья вводили. В некоторые годы до девяти детских комбинатов строили, одну-две школы. А Центральный универмаг, а драмтеатр, Дом книги, детский универмаг, кинотеатр «Россия». Сколько таких объектов мы ввели в 70−80-е годы! Собственно говоря, я вместе с другими товарищами и стал лауреатом премии Совета Министров СССР за комплексное развитие города. Когда мы возводили какой-либо микрорайон, мы строили не только жилые дома, но и школы, почту, сберкассу, детсад, клуб по месту жительства, библиотеку. В общем, мы стремились к тому, чтобы дзержинцы получали полный набор социальных услуг рядом со своим домом. И мы испытывали неподдельную гордость за свой город.

- Вы сейчас жалеете о том, что Вам что-то в свое время не удалось сделать для города?

- Практически нет. Все, что планировали, мы реализовали. Даже когда пришлось уходить с поста первого секретаря, каких-то крупных незавершенных проектов в городе не было. Я ни о чем не жалею. Пожалуй, жаль только одного, что многое из того, что было создано, сегодня утрачено. Практически вся моя жизнь связана с родным городом, и сегодня мне бы хотелось более стремительных перемен к лучшему. Хотелось бы пожелать руководителям города, предприятий и организаций всех уровней, каждому труженику, каждому жителю города, каждому на своем месте прилагать максимум усилий к возрождению экономики, улучшениям в социальной сфере, благоустройстве, к повышению культуры жизни, культуры поведения. И тогда город быстрее вернет свою былую славу!

Вадим ЩУРЕНКОВ