Дзержинские Ведомости
ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ
ГОРОДСКАЯ ГАЗЕТА
возможен дождь
Сегодня
возможен дождь
Проливные дожди. Повышение 11C. Ветер ЗСЗ от 15 до 25 км/ч. Вероятность дождя 60%.
возможен дождь
Завтра
возможен дождь
Проливной дождь днем. Повышение 13C. Ветер ВЮВ от 10 до 15 км/ч. Вероятность дождя 60%.
возможен дождь
Понедельник
возможен дождь
Проливной дождь утром. Повышение 7C. Ветер СЗ от 15 до 30 км/ч. Вероятность дождя 40%.
Небольшая Облачность
Вторник
Небольшая Облачность
Переменная облачность. Повышение 6C. Ветер ЗСЗ от 15 до 25 км/ч.
Пасмурно
Среда
Пасмурно
Облачно. Повышение 5C. Ветер ЗСЗ от 15 до 25 км/ч.
Ясно
Четверг
Ясно
Малооблачно. Повышение 7C. Ветер СЗ от 10 до 15 км/ч.

Художник от Бога

  17.03.2011  |    Персона
dsc002552

Николай Бурдастов — известный дзержинский художник. Его картины знает каждый, кто хоть немного интересуется изобразительным искусством. Николай Юрьевич является сторонником и продолжателем традиций русской живописной школы. Он — член Союза художников, заслуженный художник Российской Федерации, автор множества замечательных работ и просто интересный человек, биография которого заслуживает не меньшего внимания, чем написанные им картины.

За окном — суровая зима: снег, ветер, мороз градусов под тридцать, а в мастерской художника Николая Бурдастова — тепло. Тепло как-то особенно — на душе и в сердце — от картин. В мастер­ской повсюду пейзажи, знакомые, уютные, пленительные: «В полях вечерних», «Голубая весна», «Майский вечер», «На краю деревни»; сюжетные картины «Утро в деревне», «Светлый май», «Тихий берег», «Преображение», на которых изображены люди и православные храмы; портреты, натюрморты. От этого богатства красок появляется вдруг такое щемящее чувство любви к родной стране, ее природе, русским корням, далеким предкам, что и тепло становится, и тихо на душе, и даже время здесь как будто останавливается, поворачивается вглубь и замирает…

Начинающий художник
Родился Николай Бурдастов в теплом краю — краснодарском Майкопе. Когда ему исполнилось пятнадцать, семья переехала в Дзержинск. Вид цветущих садов сменился на ледяную картину за маленьким, промерзшим насквозь окном грязного барака, где поселился будущий живописец. Лишения компенсировались лишь духовной подпиткой: Николая зачислили в Дзержинскую художественную школу, об учебе в которой он страстно мечтал еще на родине.
«Сейчас стало модным слыть самоучкой. Нарисовал человек что-нибудь и как-нибудь, и уже великий художник. Но не всяк художник, кто держит кисть в руках. Сегодня вообще классическое искусство стараются уничтожить, а вместо него людям преподносятся „картины“ Малевича и Кандинского. В них нет никакого искусства, наоборот, сплошное разрушение, духовная мешанина, лжетворение», — говорит Николай Бурдастов.
После окончания и художественной, и общеобразовательной школы юный художник самонадеянно подал документы в Московский полиграфический институт, но «провалился» на сдаче вступительных экзаменов. Сейчас спокойно констатирует: не имел должного уровня подготовки.
Тогда вернулся в Дзержинск, год работал на заводе «Химмаш» художником-оформителем, поступил в Горьковское художественное училище в 1965 году. Пока учился, успел отслужить в армии, а получив красный диплом, снова отправился покорять столицу.
На этот раз, подав документы на художественный факультет Всесоюзного государственного института кинематографии, Бурдастов был зачислен в студенты уже после сдачи специальных предметов. От общеобразовательных вступительных дисциплин талантливого молодого человека освободили — его работы все сказали без слов.
Учился шесть лет. Познакомился с великими мастерами: Михаилом Александровичем Богдановым, художником-постановщиком фильмов «Война и мир» Сергея Бондарчука, «Сорок первый» с Изольдой Извицкой; художником-постановщиком фильмов «Судьба человека», «Калина красная» Ипполитом Николаевичем Новодережкиным; замечательным человеком, преподавателем истории русского искусства Николаем Николаевичем Третьяковым.
Получил диплом ВГИКа по специальности живопись, квалификации художник кино и телевидения, но работать в Москве не остался. Для создания фильмов особый склад характера нужен, особый настрой. В кино, сочиняя декорации для съемок, художник пропадает, растворяется, а ему хотелось писать и нести в картинах собственные мысли. К тому же дома Николая Бурдастова ждала семья: жена, сын, дочь.
Стал работать в Нижегородском театре комедии, но и здесь не сложилось. Новые спектакли делались на скорую руку, у труппы было много выездных постановок, для декорации которых достаточно было повесить несколько кусков ткани. Работать вдохновенно и творчески никто не хотел, мнения художника никто не слушал. Измучившись от нереализованных замыслов, желания творить с полной отдачей, Николай Бурдастов ушел из театра в художественный фонд, где стал работать в художественно-производственных мастерских: проектировать интерьеры зданий, делать живописные работы на заказ, принимать участие в выставках и так далее.

История должна быть настоящей
Однажды художнику поступил типичный по тем временам заказ. В Варнавино для краеведческого музея нужна была историческая картина. Какая? Ну конечно же, о провозглашении в районе советской власти. Николай Бурдастов взялся за работу, приехал, поговорил с местными жителями, огляделся и … повернул заказчиков на 180 градусов. Почему Варнавино? Потому что это имя населенный пункт получил когда-то давно по имени православного святого, ученика Сергия Радонежского, благоверного монаха Варнавы Ветлужского, построившего здесь, на берегу могучей реки первый православный храм. Так вот откуда идут истоки села Варнавино! При чем же здесь советская власть? Бурдастов прочитал житие Варнавы, представил и внешний облик святого, и его образ жизни, рассказал о своем видении картины начальнику отдела культуры администрации Варнавино и председателю горисполкома и, получив их согласие, принялся за работу. Так родилась картина «Варнава Ветлужский», которая сегодня находится в музее Варнавино.
Не так давно, будучи депутатом Законодательного собрания, этот музей в рамках рабочей поездки посетил нынешний мэр Дзержинска Виктор Сопин. То, что картина дзержинского художника, его старого знакомого, находится в Варнавино, и сама картина так поразили его и так по-хорошему тронули, что Виктор Федорович позвонил Бурдастову, только и сказав: «А я сейчас в Варнавино нахожусь, стою перед твоей картиной…»
«Не каждое изображение называется картиной, — снова размышляет художник. — Настоящая картина — это образы, решенные формами реальной жизни: люди, природа — то, как они существуют на самом деле. Или образы, звучащие в какой-то теме. Например, в картинах моего любимого художника Сурикова это прослеживается четко. Возьмем „Боярыню Морозову“. Картина — это не отдельный сюжет изгнания старой барыни, а изображение эпохального слома России, подавление старой веры. А Морозову сломить не смогли, и люди сочувствуют ей. Около такой картины можно долго стоять и размышлять, что же было до этой сцены и что будет после. У настоящей картины всегда есть предыстория и продолжение, выходящие за рамки изображенного».

Призвание — в служении
В 1987 году художник влился в объединение художников «Москворечье». Участвовал во многих выставках в России и за рубежом. Благодаря этому сегодня работы Николая Бурдастова популярны во всем мире, они украшают частные коллекции многих стран Европы, США, Японии.
После развала Советского Союза персональные выставки Николая Бурдастова проходят в основном в пределах Нижегородской области. В настоящий момент такая экспозиция открыта в выставочном комплексе в Гороховце. Посетители делают автору комплименты, но Бурдастов принимает их сдержанно. «Хвалу и клевету приемли равнодушно», — помнит он слова великого русского поэта Пушкина и всегда старается без лишних эмоций оценивать любое отношение к своей работе. Но в действительности все до одной его картины говорят сами за себя: глубокая непокорная натура художника ищет самовыражение в далеких русских корнях, когда все вокруг и в первую очередь сами люди были другими: трудились, созидали и жили с верой.
«Искусство — это служение. Служению Богу. Художник не должен нарушать созданное Богом. Но это есть сплошь и рядом и касается не только современных художников. Возьмем картину Репина «Иван Грозный убивает своего сына». Исторический сюжет, но в нем — ужас, кровь, смерть. Все это не свойственно искусству, это не от Бога идет. Нельзя этого делать!
Ведь что такое Бог… и в искусстве тоже? Как говорил Антоний Великий: «Рушатся горы — это не Бог, гремит гром, молнии сверкают — это тоже не Бог. А вот когда рано утром солнце только встает и легкий ветерок едва касается лица — это и есть Бог. Это суть искусства. Оно должно быть умеренным, а лучше тихим», — считает Николай Бурдастов.
Когда-то мастерская Николая Бурдастова находилась в Нижнем Новгороде, и большую часть рабочего дня он проводил в дороге. Сегодня мастер работает в Дзержинске. Работа художника — не только придумать изображение для очередной картины. Но даже и для этого нужны определенные условия: этюды с натуры (Николай Бурдастов всю жизнь пишет пейзажи, улавливая самые красивые моменты не только четырех времен года, но и пограничные состояния природы), подготовка холста, подбор масляных красок, наброски мазками. Даже рамы к нескольким своим картинам художник сделал самостоятельно.
На вопрос, как рождаются картины, Николай Бурдастов пожимает плечами — не знает. Честно, не кокетничая. Бывает, раз — и все готово, а бывает, что работа замерла на полпути и дальше — никак, хоть тресни.
Он подтверждает: художник по-особенному видит мир и все в нем воспринимает сложнее, глубже, запутаннее, чем другие. Это тонкая материя, которую не объяснить словами. Большинство и не поймет, что главное в любой картине не само изображение, а свет, едва уловимые оттенки, устойчивость времени или, наоборот, его неустойчивость; главное в портрете не фотографическая похожесть, а отражение одухотворенности, богатства внутреннего мира человека, его особой красоты. Иногда то, что портрет вышел действительно удачным, становится понятно только спустя несколько лет.
«Назначение художника — нести добро и красоту. У меня, наверное, когда-то давно в башке сложилась своя программа, по которой я живу и работаю, — говорит живописец. — Пейзажи пишу всю жизнь, сюжетные картины вынашиваю в памяти и понемногу их воплощаю — это взаимосвязано. А цель одна — воззвать не к эстетическому наслаждению и даже не к разуму, а тронуть душу и сердце, которые являются главными для каждого человека, должны быть главными».
В мастерской Николая Бурдастова все устроено просто и самобытно, и такими же являются его работы и сам он, размышляющий о предназначении человека в этом мире. Ему жаль времени для ведения учета своих картин, поэтому всех работ он даже не помнит. Продает их для того, чтобы жить, но далеко не все и не всегда. Являясь простым тружеником, Николай Бурдастов искренне радуется тому, что его картины ценят как канонические в русской живописи, имеющей богатейшую историю и, к счастью, пока еще преданных продолжателей.
Вот так живет и творит свои картины замечательный дзержин­ский художник Николай Бурдастов, в душе бунтарь против всего ненастоящего, насаждаемого в исконно русскую культуру, а внешне — простой русский мужик, как будто случайно попавший из глубины столетий в современный мир искажения реальности и всех чтимых предками добродетелей. Может быть, поэтому свое назначение он несет легко и ясно: говорит, что думает, пишет, что видит.

Елена РОДИОНОВА