Северные, Соловецкие, непознанные

В первой половине мая на телеканале «Россия-1» состоялась премьера 8-серийного фильма «Обитель», снятого по мотивам одноименного романа нашего земляка Захара Прилепина. Фильм получился неоднозначным и вызвал немало споров. Внимание общественности вновь оказалось прикованным к загадочным островам, где в 20-е годы прошлого века находился Соловецкий лагерь особого назначения, а до революции — одна из самых почитаемых в России святых обителей — Спасо-Преображенский ставропигиальный Соловецкий монастырь.

С открытием навигации, в первых числах июня, корреспонденту «Дзержинских ведомостей» удалось побывать на архипелаге и своими глазами увидеть суровый северный край, полный загадок, легенд и трагических историй.

Тепло и красиво

Попасть на Соловки непросто. Зимой острова сообщаются с материком только по воздуху. Короткий летний период — единственное время, когда связь через катера и теплоходы становится регулярной и доступной не только для соловчан, но и многочисленных туристов и паломников. Погода здесь капризная, в начале июня средняя температура составляет всего лишь 10 градусов тепла, часты сильные северо-восточные ветра, внезапные дожди, туманы. Зато в это время года в разгаре полярное лето. В полночь светло так же, как и в три часа после полудня. Шутка ли: до Полярного круга всего 160 км, холод которого ощущается, даже несмотря на то, что в этом году Соловки удивляют местных и приезжих невероятно теплой погодой.

«С каждым годом у нас становится теплее, — рассказывает морской экскурсовод, специалист по белым китам-белухам, автор нескольких книг, посвященных Соловкам, Олег Кодола. — Традиционно мы говорим туристам, что сезон гуляния белух у Соловков начинается с 15 июня. В этом году множество китов у Белужьего мыса было замечено уже 1 июня».   

Оказывается, небольшой залив у Белужьего мыса уже давным-давно облюбовали эти мощные животные для своеобразного детского сада. В погожие деньки мамы-белухи весело плещутся со своими детенышами на отмели. Подойти близко к ним не получится — животные очень чуткие, поэтому ученые и туристы наблюдают за краснокнижными млекопитающими издалека.

На самом деле белухи — не единственное чудо Соловков. Туристов возят смотреть на морских зайцев, нерп, птиц. На одном острове архипелага представлена тундровая флора и фауна, на Большом Соловецком острове прекрасен непонятно каким образом выживающий в суровых климатических условиях ботанический сад. Но наибольший восторг у гостей острова вызывает гигантская экологическая система озер. Их на Большом Соловецком более 500, почти все они связаны друг с другом каналами, которые еще задолго до революции проложили монахи.

Многие каналы сохранились по сей день. Благодаря этому можно отправиться в удивительно красивое путешествие по озерному краю, где каждое озеро поражает красотой и первозданной нетронутостью. Здесь очень тихо, совсем нет пчел (говорят, их выдувает ветер) и не ощущается назойливое присутствие комаров, коих, если верить исследователям, в лесной глуши таится более 300 видов. Иллюзия безвременья настолько велика, что когда отключаются телефонная связь и интернет (сигнал просто не проходит в глубь острова), ты воспринимаешь это как должное: мы же на старинной монастырской земле.

Крепкий и ни разу не сдавшийся

Соловецкий монастырь основан еще в XV веке ныне почитаемыми святыми Савватием, Германом, преподобным Зосимой, Анвезерскими чудотворцами Иовом и Елизаром. Первые строения были деревянными, монастырь и его скиты часто горели. Частично по этой причине и отчасти по причине пристального внимания к архипелагу со стороны шведов и англичан в конце шестнадцатого столетия государь российский отдает приказ построить на Соловках каменную крепость. Крепость и сегодня выглядит монументально. Сложенная из огромных валунов, она оказалась не по зубам ни англичанам, ни шведам, которые не раз пытались взять монастырь боем, но так и ушли ни с чем, навсегда оставив северные острова русскому государству.

Из монахов Соловецкого монастыря вышли патриархи Никон, Иоасаф, митрополит Московский и Всея Руси Святитель Филипп, мученически погибший во времена Иоанна Грозного. С Никоном связана история падения неприступной соловецкой крепости. Как мы помним, в XVI веке наш земляк, а впоследствии патриарх Никон, затеял церковную реформу, которую монахи соловецкого монастыря категорически не приняли. На островах и сегодня не скрывают, что репутация у «нижегородского деятеля» всегда считалась дурной. Еще будучи монахом обители, он, совершая неблаговидные поступки, проявил себя не с самой лучшей стороны. А потому знаменитое соловецкое сидение до сих пор местными воспринимается как результат давней взаимной вражды между патриархом и монастырем. На протяжении нескольких лет монахи не открывали врата царским посланцам, затем три года сидели взаперти. «Монахам помогали рыбаки, тайком переправлявшие еду в обитель, а потому крепость могла простоять неприступной еще долгое время, — с гордостью рассказывает местный экскурсовод Павел Сергеевич. — Но она стала жертвой предателя, который под покровом темноты провел стрельцов тайными ходами. Из 500 монахов, проживавших на тот момент в монастыре, в живых остались лишь 14».  

Сегодня живописный ансамбль Соловецкого монастыря, представленный крепостными стенами, хозяйственными постройками, звонницей и несколькими храмами, построенными в характерных стилях разных эпох, является объектом всемирного наследия и находится под охраной ЮНЕСКО.

В разные годы в монастырь заключались неугодные политические деятели. Среди них, например, последний гетман Украины. Но за четыре столетия узниками монастыря, утверждает наш гид, стали не более 400-500 человек. Темницы, в которых они отбывали наказания, впечатляют по сей день. Чего только стоит крошечная келья с булыжными стенами, голым каменным полом, зарешеченным окошечком с видом на монастырское кладбище. Даже думать не хочется, до каких отметок могла опуститься в такой камере температура в зимние месяцы. Впрочем, документы говорят, что если заключенный был знатен и богат, он мог обеспечить себе приемлемые условия жизни и за решеткой.

Точных данных нет

Намного хуже было положение заключенных, прибывших на Соловки в 20-х годах прошлого века. Считается, что в течение всего периода деятельности Соловецкого лагеря особого назначения через него прошло около 1 млн человек. Непосредственно на острове в разные годы находилось от 3 до 70 тысяч заключенных. Подавляющее большинство из них — раскулаченные крестьяне. В Соловецком музее подчеркивают, что парадокс Соловецкого лагеря как раз и заключался в том, что здесь нет привычной картинки: все хорошо или все плохо. Благодаря знакомствам, грамотности, уникальной профессии можно было попасть на условно легкие работы — в ботанический сад, метеорологическую станцию, театр, типографию.

Некоторые заключенные могли даже построить карьеру в конторе, бухгалтерии, системе надзора. Но если на воле никто за тебя не хлопотал, не слал денег, продуктов, ты был безграмотен, то тебя ждали самые суровые и тяжелые работы: лесоповал, сплав гигантских бревен в ледяной воде, мощение дорог в непролазной грязи, постоянном голоде и холоде.

Именно здесь, на Соловках, оттачивала свой механизм страшнейшая карательная система, впоследствии выплеснувшаяся на материк и получившая известное всему миру название ГУЛАГ. Отличительной ее чертой было полное бесправие заключенных. Вечерами здесь ставили прекрасные спектакли, а ночью под покровом темноты расстреливали несчастных. До сих пор достоверно неизвестно, сколько же было казнено человек на Большом Соловецком острове. Массовые захоронения были обнаружены не так давно, и надо полагать, это лишь верхушка айсберга.

Приговор в исполнение приводили на самой высокой горе острова — Секирной. Здесь установлена церковь Вознесения Господня, на которой еще в царские времена водрузили маяк. Здесь же, в храме, была карцерная рота, из которой живыми возвращались немногие. Знаменитое неподвижное сидение на «жердочках», ночевки в ледяном, продуваемом всеми ветрами храме в нижнем белье, стояние на «комариках», когда обнаженного человека оставляли на съедение комарам, — все это правда. Даже не верится, что в таком невероятно красивом месте могло твориться столько жестокости, насилия и смертоубийства.

Официальная статистика говорит, что расстрелянных по документам было не так много, но сколько человек погибли от голода, замерзли насмерть, не выдержали непосильных работ, скончались от истощения. Полное бесправие этого места заключалось в том, что сегодня ты мог покупать в лавке мармелад, посылать (из тюрьмы!) голодающим родным сухарики, а завтра тебя отправляли в карцер, в ледяную воду, на «секирку», а то и просто расстреливали без суда и следствия.

Кстати, в советских Соловках не было ни одного осужденного по суду, все арестанты — продукт деятельности знаменитых революционных троек. Произвол начинался с ареста и не заканчивался на Соловках. Не потому ли так много осужденных в 20 — 30-х годах впоследствии были реабилитированы?

Местные на Соловках неохотно говорят о лагере. На вопрос об «Обители» пожимают плечами: любовь в таких условиях — дело невероятное, а уж любовь между заключенным и «чекисткой» — и вовсе фантастическое. Единственным смыслом для всех арестованных тогда было выживание. «Главное, чтобы мы никогда не забывали, что может произойти, если кучке негодяев дать полную и ничем не ограниченную власть над бесправными людьми, — философски изрекает старый рыбак, продающий на пристани рыбу, выловленную еще утром. — Урок всем нам. О чем тут еще говорить?»   

Евгения МАКАРОВА